Еврейская Энциклопедия Брокгауза-Ефрона

О 'Еврейской энциклопедии' Брокгауза-Ефрона, издававшейся в 1908-1913 гг.
От издателейРаспределение материала Энциклопедии по разделам
Список главнейших сокращений и аббревиатур






Арам, арамейцы

— первоначально небольшой народ, принадлежавший к так называемой арамейской ветви семитического племени. Это вполне соответствует как данным библейским (Быт., 22, 21, где приводится, что Арам, сын Кемуеля. был внуком Нахора, брата Авраама) и ассирийским надписям (ср. Schrader, Die Keilinschriften und das Alte Testament, 3 Aufl., 1903, стр. 28 и s. v. Aramu, Arimu, Arumu), так и сообщениям классических писателей (Гомер, "Илиада", II, 783; Гесиод, "Феогония", 301; ср. Strabo, 627, 785). Ho уже весьма рано данное имя сделалось общим как для всех тех семитических племен, которые находились в родственной связи с этим арамейским племенем, так и для тех племен, которые, не будучи семитами, говорили, однако, на арамейском языке. В общем же к арамейцам должны быть отнесены те семитические племена, которые заселяли область, с севера ограниченную Арменией, с запада — Тавром и горной страной Аманой, реками Оронтом и Леонтом, горным хребтом Ливана и далее северной Палестиной, с юга — Аравийской пустыней, a с востока — отчасти этой же пустыней, отчасти Евфратом и Тигром в самом начале его верхнего течения. Небольшие остатки этого племени и по настоящее время живут в той же области (а именно в восточных и северных частях ее, вблизи Армении). Общим обозначением для страны и для всех народов, живших в ней, служило y ассирийцев название "страна Хатти" и "хаттейцы". т. е. хеттиты, как в действительности и называлась собственно Сирия от середины Евфрата до Оронта еще за много столетий до Рожд. Хр. Этим же именем, произносившимся "хета", называли арамейцев и египтяне (Brugsch, Geographische Inschriften, II, стр. 20 и сл.), тогда как название самой страны — Сирию — они передавали словом "Хал". В последнем случае, слово "Хал" невольно вызывает в памяти еврейское название народа "Хул" (Бытие, 10, 23), происходившего от сына Арама и именем которого — "Хуле" — ныне называется Меромское озеро; такое же, между прочим, название носит и соседняя страна, лежащая несколько севернее, именно между Меромским озером, Триполисом и Эмесой. Между тем, на ассирийских памятниках встречается еще название округа "Chulijah" (Fr. Delitzsch, Paradies, стр. 259), относимого к "Mons Masius" на севере Месопотамии, так что положение библейского Хула является и доныне не определенным. В греко-римскую эпоху Арам носил совсем другое название — "Сирия" (сокращенная форма от слова "Ассирия"; см. Геродот, VII, 63; Юстин., 1, 2; ср. также Nöldeke, в Z. D. M. G., XXV, 115); этого классического обозначения для А. придерживается также Лютер, который переводит слово "Арамейя" преимущественно через "Сирия" и "сирийцы"; только один раз, a именно при перечислении народов в так называемой "Таблице народов" (Быт., 10, 22), Лютер употребляет имя А. Арабское название Сирии, именно "Эш-Шам", т. е. "северная страна", собственно "страна, лежащая слева", каковой Α. действительно мог казаться всякому жителю Востока, было дано этой стране, вероятно, на том же основании, на каком южная Аравия носила название Йемена, т. е. "страны, лежащей справа" от говорящего. Эта страна, занимая столь обширное пространство, как было указано выше, в географическом отношении не могла, конечно, отличаться однообразием. В то время, как у северной и западной границ данная область имеет характер преимущественно гористый, в центральных частях, именно там, где ее прорезает река Евфрат, она уже почти равнинна; встречаются здесь также и долины, напр. в местности, лежащей между Ливаном и Антиливаном и ныне называющейся эль-Бекаа. В силу этого и плодородие страны не всюду одинаковое: соответственно месту изменяется и его интенсивность. Тогда как часть рассматриваемой страны, примыкающая к Аравийской пустыне, в общем суха и неплодородна, области, прилежащие к Месопотамии (см.), плодородны и годны к земледелию в не меньшей степени, чем сама долина Бекаа. В соответствии с географическим разнообразием страны А. уже в древности делился на несколько частей, из которых каждая носила соответствующее ее положению и характеру название. Библия различает пять областей А. (см. ниже). — О первоначальном обиталище арамейцев упоминает только Амос, который говорит в одном месте (Ам., 9, 7), что они явились из страны Кир; под последним, вероятно, пророк подразумевал Дамаск Арамейский, с которым евреи были в весьма близких отношениях. Кроме этого сообщения пророка Амоса, больше никаких других сведений о первоначальном местожительстве арамейцев нет; ибо отождествление этой страны с Курдистаном, находящимся к северу от Армении, по реке Куре, уже по одному тому не может быть признано правильным, что та страна Кир, о которой упоминает Амос и которая встречается несколько раз в Библии (Исаия, 16, 1; II кн. Цар., 16, 9; ср. Амос, 1, 5), находилась под властью ассирийцев, тогда как доподлинно известно, что ассирийцы никогда не распространяли своей власти над странами, лежавшими выше Армении. Приблизительно в восьмом веке до Р. Хр. арамейцы поселились в той области, которую до их поражения ассирийцами занимали хетты. По левой стороне Евфрата еще во времена Тиглат-Пилессара появляется целый ряд арамейских племен, ведших кочевой образ жизни, среди которых находилось и то племя Pukûdu — Pekod, о котором упоминает пророк Иезекиил (Иезек., 23, 23; об этом имени и его значении см. Delitzsch, Wo lag das Paradies?, стр. 237 и сл.). Также ничего достоверного не известно относительно месопотамского царя Кушан-Ришатаима, который в эпоху Судей (Судьи, 3, 8) в течение восьми лет жестоко притеснял израильтян. Наиболее достоверные сведения, уже почти исторического характера, об Араме начинают появляться с эпохи Давида, который одерживает окончательную победу над царем наибольшей арамейской области — Арам-Цобы; с ним еще воевал Саул (ср. I кн. Сам., 14, 47; см. также Гададезер); вместе с тем А. делает на долгое время своим данником город Дамаск, который в союзе с этим царем воевал против него (II кн. Сам., 8, 3 и сл.). Интересно здесь отметить, что царь Хамата в этой распре принимает сторону Давида (II кн. Сам., 8, 10). Но уже при преемниках последнего Дамаск становится вновь самостоятельным городом, независимым от Израиля и постоянно с ним враждующим (I кн. Цар., 11, 24 и сл.). Особенно же много приходилось воевать с "сирийцами" и, главным образом, с народом Дамаска северному еврейскому царству, которое в течение правления династий Омри и Иегу вело с ними борьбу за свое существование и за влияние в Восточно-Иорданской области. Царь Ахаб, который вынужден был по договору помогать арамейцам в их борьбе с ассирийцами при Каркаре, пал в сражении с бывшим союзником, происходившем при Раме Гилеадской (1 кн. Царей, 22, 29—35; 20, 34; ср. II кн. Царей, 6, 10, 32, 33; 13, 22 и сл.). Только при царе Иеробоаме II Дамаск вместе с Хаматом вновь подпали власти Израильского царства (II кн. Царей, 14, 28). В последний раз об арамейцах рассказывается во II книге Царей, когда израильский царь Пеках бен-Ремальягу приглашает их для совместных военных действий против иудейского царя Ахаза; но этот план не удается, так как на помощь Ахазу приходит ассирийский царь Тиглат-Пилессар, покоряет Дамаск и умерщвляет его царя — Рецина (II кн. Цар., 16, 9). После распадения ассирийской монархии и ее перехода в царство нововавилонское, затем в персидское и, наконец, в греческое, в свою очередь впоследствии подпавшее власти Селевкидов, образовалось одно новое государство, обнявшее, между прочим, также всю Сирию и Иудею, о чем см. Сирия.

В этом новом государстве греческий язык с течением времени подавляет старинную туземную речь, на которой еще в персидский период составлялись все официальные указы, распространявшиеся на указанную провинцию (Эзра, 4, 7 и сл.). Этот язык носит название арамейского, который впоследствии в северо-восточной части Сирии, в Месопотамии, выработался в особый диалект — сирийский, на котором в настоящее время имеется небольшая христианская литература. Юго-западный диалект в эпоху после Вавилонского пленения настолько распространился по западной части Сирии, что захватил даже Палестину, а со времен маккавейских войн стал почти единственным языком евреев, заменивших им прежний, еврейский, язык. Этот диалект, на котором, между прочим, написаны некоторые части книг Эзры и Даниила, со времени св. Иеронима (в его комментарии к Дан., 2, 4) получил название языка халдейского; но это название должно быть признано неправильным и не соответствующим тому предоставлению, какое мы в настоящее время имеем о халдейцах, ибо древние халдейцы — те же вавилоняне (см.), а вавилоняне говорили на совсем другом семитическом наречии (см. Семитические языки). Впрочем, арамейский язык, как и его письмо в древние времена, являлся собственно тем языком, на котором говорили и общались между собой почти все народы Передней Азии, и его положение в весьма сильной мере напоминает современное положение английского или французского языков. Уже Библия указывает на международный характер этого языка в одном месте (II кн. Царей, 18, 26); то же подтверждается и целым рядом ассирийских памятников, причем из этих памятников до нас дошли не только разные меры веса, снабженные как клинообразными, так и арамейскими надписями на арамейском же языке, но и целый ряд глиняных таблиц (торгового и иного характера), на которых рядом с ассирийскими надписями встречаются арамейские, написанные арамейским же шрифтом (см. Z. D. M. G., XXVI, стр. 167 и сл.).

Религия арамейцев, которая была очень родственна ханаанейско-финикийской, но еще более близка культу ассиро-вавилонскому, пока весьма мало известна нам. Библия только случайно и вскользь упоминает иных арамейских богов (Суд., 10, 6) и, между прочим, "богов Дамаска" (II кн. Хрон., 28, 23), причем приводится весьма ограниченный перечень сирийских божеств. Главным образом все сведения об этом предмете почерпаются почти исключительно из попутных замечаний греческих и римских писателей, a также из некоторых, весьма, правда, немногочисленных, ассирийских надписей. Главными божествами сирийцев были — бог Гадад и богиня Атаргатис. Гадад, имя которого встречалось также как составная часть в некоторых собственных именах отдельных лиц, как, напр., Гадад-езер, бен-Гадад и др., изображался на монетах с зубчатой короной на голове и волнистыми волосами; что же касается двойного имени бога Гадад-Риммон, то весьма вероятно, что это был бог грозы и грома, на что, собственно (хотя и не совсем достоверно), указывает сама этимология слова (hadda по-арабски означает удар грома). Имя Атаргатис, от которого произошли и другие родственные формы этого имени, как Аттаргатис, Тарате (Тарата), Атарате, Деркето, по-видимому, произошло от соединения названий двух божеств Аттар и Ате (Атес). Аттар, арамейская форма мужского рода которой звучала Астарте, упоминается в одной ассирийской надписи под именем Аттар-Самаин (Аттар небес; Smith, Assurbanipal, 271, 104) и тождественна с вавилонской Иштар. Вторая часть имени этой богини весьма трудно поддается объяснению, хотя весьма вероятным предоставляется толкование (Baethgen, Beiträge zur semitischen Religionsgeschichte, стр. 71 и сл.), которое в Gratis видит сирийского бога Атеса. Общее же имя Атаргатис означает слияние этих двух богов до их полного единства. Самый выдающийся храм богини Атаргатис, известной среди народов древности под именем "Сирийской богини", находился в Гиерополисе (Bambyke, по-сирийски Mabbug, в настоящее время Manbidsch); ее культ подробно описан Лукианом Самосатским в сочинении "De dea Syria" (ср. Плутарх, Плиний, Historia naturalis, V, 19, 81; Ritter, Erdkunde, X, стр. 1044). Из богов второго ранга нам известен Риммон, родственный главному богу Гададу (по имени которого был назван отец Бенгадада — Таб-Риммон, в I кн. Цар., 15, 18); имя и характер этого бога напоминают ассирийского бога грома — Раммана. Божество счастья и наслаждения, Гад, обозначается на греческих надписях, находимых в Арамейской земле, именем Τύχη (счастье); боги, прислуживавшие богу солнца и помогавшие ему, назывались в Эдессе, главном месте его поклонения, "Monimos" и "Aziz" (Julian, Orat., IV, стр. 150, изд. Spahn), Elagabal (elah-Gebal) — бог солнца города Эмессы, которого особенно почитал царь Гелиогабал, и еще некоторые другие божества. О богах Пальмиры (Тадмор) см. Пальмира. — Ср.: Macrobius, Saturn., I, 23, 15; Fr. Baethgen, Beiträge zur semitischen Religionsgeschichte, стр. 66 и сл.; P. Scholz, Gottesdienst und Zauberwesen, стр. 244 и сл.; стр. 301 и сл. Об Араме вообще ср. Nöldeke, Die Namen der aramäischen Nation und Sprache, в Z. D. M. G., 1871 г., т. XXV, стр. 113 и след.; Schrader, Keilinschriften und Geschichtsforschung·, 1878, стр. 109 и след.; idem, Keilinschriften und das Alte Testament, 3 Aufl., стр. 28 и след.; 36 и след. и index; Jeremias, Das Alte Testament im Lichte des Alten Orients?, 2 изд., 1906, стр. 293, 400 и след.; Delitzsch, Wo lag das Paradies?, 1881, стр. 257—259; Dillmann, Handkommentar zur Genesis, X, 22, 23. [Ст. Шрадера в Riehm, Handwörterbuch d. bibl. Alt., s. v.].

Раздел1.

— В агадической литературе. — С древнейших времен слово "арамеец" y туземных евреев было равносильно слову "язычник", потому что все языческие соседи евреев говорили на арамейском языке. Один старый Таргум, упоминаемый в Мишне (Мег., IV, 9), употребляет слово "aramiyuta" в смысле "язычество"; точно так же поступает в своих толкованиях и р. Исмаил, живший в первой половине второго столетия (Иеруш. Мегил., IV, 75 в.). В Палестине слова "арамеец", "арамейский" были настолько непопулярны y народа и отчасти даже запрещены, что евреи предпочитали пользоваться греческим словом "сирийский" для обозначения языка арамейского. Этим обозначением пользовались также позднейшие арабско-еврейские писатели, напр. Иуда ибн-Корейш, который называет арамейцев Библии и Таргума "сирийцами". Но во избежание недоразумений и ложного понимания при переводе Библии на арамейский язык стали употреблять слово "aramaa" (еврейское "arami") для обозначения арамейцев как нации и слово "armaa" — при указании на их религию. Несомненно, глубокий исторический интерес представляет тот факт, что после перехода арамейцев в христианство первоначальное обозначение, которое им дали евреи, — арамейцы — перешло и к христианам. Больше того, в том случае, когда Пешитто (см.) употребляет выражение "armaia", это означает "язычник", когда же она говорит "aramaia", это означает представителя народа арамейского, что, в свою очередь, также вполне совпадает с вышеупомянутым еврейским обозначением данных слов. В палестинских источниках термины "Арам" и "арамейцы" обычно употребляются для обозначения "Рима" и "римлян". Это, вероятно, объясняется, главным образом, тем, что со словом "Aromi" (почти однозвучным с латинским "Roma") они могли свободно связывать все то, чего они не осмелились бы соединять с термином "Roma". Однако во многих случаях употребление слова םרא для обозначения Рима должно быть признано ошибкой со стороны переписчика, который читал םרא там, где следовало читать םזדא, Эдом. — Ср.: Nöldeke в Zeitschr. Deutsch. Morg. Ges., XXV, 115 и сл.; словари Леви, Когута и Ястрова. [J. E., II, 65—66].

Раздел3.

Собственно Арам распадался на следующие области: Арам-Дамаск (см. Дамаск), Арам-Гешур, Арам-Мааха, Арам-Нагараим, Арам-Рехоб и Арам-Цоба.




   





Rambler's Top100