Еврейская Энциклопедия Брокгауза-Ефрона

О 'Еврейской энциклопедии' Брокгауза-Ефрона, издававшейся в 1908-1913 гг.
От издателейРаспределение материала Энциклопедии по разделам
Список главнейших сокращений и аббревиатур






Бордо

(Bordeaux, старинное Bordiaus, лат. Burdigala, евр. םואידדונ, שואידדונ, םודדונ הלאגידדונ, לײדדונ) — главный город французского департамента Жиронды, один из красивейших и богатейших городов Франции, лежит на левом берегу Гаронны, в средние века был столицей области Гиень, или Аквитании. Первое указание на существование евреев в Б. встречается в хронике Делюрба, утверждавшего, что во времена Карла Лысого, когда норманны (845—848 гг.) опустошали берега Аквитании, Б. очутился в руках врагов благодаря измене живших в нем евреев, имевших особую улицу, называвшуюся Juifve. Если, ввиду полного отсутствия подтверждающих слова хроники источников, к известию ο вине евреев в завоевании норманнами Б. следует относиться с большой осторожностью, то самый факт существования в нем евреев не подлежит сомнению: в пользу этого говорит уже название улицы. Существуют, однако, легенды, что евреи поселились в Б. гораздо ранее 9 в., немедленно после разрушения второго храма, и что они в течение 6-го, 7-го и 8-го веков жили там в сравнительно значительном количестве и до половины 9 в. пользовались внутренней свободой, имея собственных администраторов, судей и других чиновников. Первым ограничением явился декрет 829 г., запретивший евреям покупку и продажу рабов; на дальнейшие притеснения указаний не имеется. Известно лишь, что во второй половине 11 в. евреи жили уже за стенами города, в местности Plantier des Juifs, между небольшой рекой Девиз и церковью Сен-Серен; место это получило название Mont-Judaic; расположенные в той местности еврейские дома доходили до самого города, ворота которого назывались Porta judaica. Позднее — вероятно, с 15 в. — евреи с Plantier des Juifs стали переселяться в самый город Бордо.

Б. под властью Англии (1154—1454). — Изданный в 1182 г. французским королем Филиппом-Августом ордонанс об освобождении христиан от уплаты евреям по долговым обязательствам сильно отразился на материальном положении бордоских евреев, которые вели обширную торговлю с французами, переставшими платить за отпущенные товары. Мало того, кардинал Роберт де Кок, представившийся от имени папы, заставил английского короля Иоанна Безземельного последовать примеру короля Франции и созвать в Б. в 1214 году собор с целью борьбы с ростовщичеством и богатством евреев; на соборе было постановлено, чтобы христианские купцы не вели с евреями никаких дел и чтобы сеньоры приняли энергичные меры против обогащения евреев. Эти постановления были истолкованы в смысле освобождения христиан от их долгов евреям, и бордоские евреи подверглись на этот раз уже прямому грабежу. Однако король Эдуард I, в 1275 году известил своего бордоского коннетабля ο необходимости положить конец систематическим преследованиям евреев, которые и без того, ввиду неурожая и засухи, сильно страдают: отныне без разрешения короля нельзя было ни облагать евреев новыми налогами, ни увеличивать прежние. 4 октября 1281 г. король снова напомнил коннетаблю ο необходимости более справедливого отношения к евреям, которые "не могут долее переносит такую тиранию, оставляют свои дома и уходят из нашего государства". Король приказал, чтобы впредь суды над евреями производились честными и знающими людьми. Однако в 1305 году, в связи с возникшим обвинением евреев в употреблении христианской крови, они были изгнаны из Б., и, лишь пользуясь смутами Столетней войны, некоторые из них втихомолку снова поселились там. Совершавшие всевозможные насилия над евреями Южной Франции фанатические банды, состоявшие из отбросов общества и известные под именем pastoureaux, напали в 1320 г. и на бордоских евреев; однако последние нашли защиту в лице городских властей. Через год несколько евреев Б. пострадало ввиду пущенного в народе слуха об отравлении ими во время чумы колодцев города. — Царствование Эдуарда III было для евреев Б. сначала временем полного благополучия; напр., им была дана свобода торговли и труда; однако вскоре христианские купцы, опасаясь конкуренции, стали требовать ограничения прав евреев. Тогда многие евреи были изгнаны. Тем не менее, община была признана и записана, как "Communitas Judaeorum Gasconiae". Изгнание Карлом VI декретом 17 сентября 1394 г. евреев из пределов всей Франции не коснулось Б., остававшегося под властью англичан.

История Б. до революции 1789 года. — С переходом Бордо во власть французского короля Карла VII положение евреев не изменилось: несмотря на продолжавшееся запрещение евреям жить в пределах Франции, они оставались в Б., — правда не в качестве евреев, а под именем старых обитателей города. Переселилась ли часть евреев, вместе с изгнанием из Б. англичан, в Англию и Испанию, установить трудно; важно лишь, что после февральского декрета 1474 г. Людовика XI, предоставившего иностранцам различного рода привилегии в Б. и всячески способствовавшего поднятию его торговли, евреи, под видом иностранцев, стали поселяться в Бордо в довольно значительном количестве. Эти "иностранцы" либо их потомки играли значительную роль в истории развития Б. Несмотря на молчаливое приравнивание евреев к иностранцам, они все-таки продолжали оставаться в категории лиц, не имеющих права завещать по собственному усмотрению свое имущество. Так, напр., после смерти богатого купца Альфонса Фернандеса (1476) король распорядился ο предоставлении графу Кандалю всех богатств покойного, и вдова, равно как и наследники, вели переговоры с графом ο получении хоть части завещанного им имущества. — С изгнанием евреев из Испании (1492) и Португалии (1496) еврейское население Б. сильно возросло; некоторые из поселившихся в Б. вскоре заняли выдающееся положение. Так, Рамон де Гранолас был в 1526 г. назначен городским врачом, а в 1543 г. был натурализован и получил право городского гражданства (bourgeois); доктор прав Доминик Рам был назначен членом бордоского парламента, а его сын Томас генерал-лейтенантом бордоского округа; доктор Габриель Tapeгa был в 1521 г. назначен профессором медицины в Б. и получил титул praestantissimus dominus; Андрей де Говеа был избран властями Б. главным учителем гиеньского колледжа, откуда вышли такие общепризнанные ученые и философы как, напр., Скалигер и Монтень; Жан Миланж из Бордо был прокурором парламента и т. д. Прибывшие из Испании и Португалии евреи официально считались испанцами и португальцами, часто назывались новохристианами и в сущности были маранами, которые, в противоположность голландском маранам, всячески скрывали свое еврейское происхождение, нередко поступая даже в число клириков. Внутренняя раздвоенность переживалась, однако, многими крайне тяжело, и поэтому они стали хлопотать ο даровании им возможности проживать в Бордо, на основании какой-либо грамоты, которая освободила бы их от постоянного страха подвергнуться изгнанию из города по любому доносу. После долгих трудов им удалось получить в августе 1550 г. грамоту за подписью Генриха II; в ней говорилось, что, во внимание к заслугам так назыв. португальцев, король предоставляет им право жить всюду, где им заблагорассудится; они имеют право покупать и продавать всякое недвижимое и движимое имущество, а также завещать его по собственному усмотрению. Если король или кто-либо из его преемников решит выселить их из города, он должен им дать год срока, в течение которого они могут ликвидировать свои дела; право натурализации им должно быть предоставлено в самых широких размерах. Обеспеченные в своих правах, мараны спокойно предались торговой и промышленной деятельности, быстро накопляя большие богатства; христианские конкуренты с завистью смотрели на них и, желая избавиться от них, доносили, что они замаскированные евреи (juifs déguisés). Под влиянием агитаций бордоских коммерсантов евреи сделались предметом ожесточенных нападок толпы. В 1574 году генеральный адвокат бордоского парламента провел закон ο запрещении оскорблять новых христиан, так как они хорошие католики. Однако преследования евреев не прекращались со стороны тех, чьи интересы страдали от развития еврейской торговли. 11 ноября 1574 года Генрих III, приняв во внимание жалобы бордоских евреев, издал в Лионе ордонанс, коим напомнил парламенту Б. ο грамоте 1550 г. и ο необходимости зарегистрировать ее с тем, чтобы "португальская нация" пользовалась всеми предоставленными ей правами. Это подтверждение грамоты, вместе с последней, было зарегистрировано бордоским парламентом 19 апреля 1580 г. благодаря стараниям Диего Мендеса Диаса и Симона Меера, причем привилегии были даны не только португальцам, как гласили королевские ордонансы, но и испанцам. С этого времени парламент, энергично защищавший права новых христиан, получил в народе кличку "жидовского" парламента, и в этом была некоторая доля правды: породнившиеся с знатнейшими семьями мараны занимали высокое общественное положение и попадали в парламент. Одновременно с парламентом в защиту евреев выступали городские власти Б., и это тем более удивительно, что в то время вся Франция была охвачена ужасом Варфоломеевской ночи и религиозные войны велись с огромным ожесточением. Особую энергию в защите евреев выказали власти в 1596 г., когда испанская армия осаждала Бордо, и жители его стали обвинять евреев ("испанскую и португальскую нации") в намерении предать город врагам. Королевский делегат де Ланкр в книге "L'incrédulité et mescréance du sortilège pleinement convaincues" (1620) резко критиковал действия парламента: "скрывающиеся под именем португальцев не работают по субботам, приготовляют пищу в пятницу, не едят свинины; оставление ими Испании и Португалии не было добровольным: они бежали от инквизиции и были изгнаны в качестве евреев. Те, которые в Б. ведут себя, как настоящие правоверные христиане, при переезде в Венецию, Феррару и Авиньон, где иудаизм не запрещен, открыто исповедуют еврейскую религию". Народ не верил, что новые христиане настоящие католики, и преследования, несмотря на декреты парламента, продолжались: так, 20 ноября 1610 г. был убит маран, и толпа не хотела выдать убийцу "нечестивца-еврея". 23 мая 1615 г. регентша Мария Медичи, от имени короля Людовика XIII, издала указ об оставлении Франции "всеми враждебными христианству нациями, в особенности евреями", как явно так и скрытно (déguisés ou autrement) исповедующими иудейство. Городские власти Б. и парламент немедленно заступились за своих евреев; лейб-медик Марии Медичи, еврей Филотей-Элиас де Монтальт, поддержал ходатайство властей, и указ не был применен к бордоским евреям. Вскоре некоторые из них, на основании постановления 23 августа 1617 г., получили за сумму 300 франк. права городского гражданства (bourgeois); однако они, подобно кальвинистам, не могли участвовать в охране города и ежемесячно платили 4 ливра взамен личной службы. 14 мая 1625 г., в связи с войной между Францией и Испанией, появился королевский указ ο составлении описи имущества живущих в Гиени португальцев, и в порту Б. был конфискован принадлежащий евреям товар; городские власти взяли под свою защиту евреев и 4 июня 1625 г. отправили королю Certificat en faveur de juifs, в котором говорилось, что евреи оказали городу пользу, что они торгуют добросовестно и честно, повинуются законам, платят налоги, никого не обманывают, и никто ни в чем не в состоянии упрекнуть их. Указ не был приведен в исполнение.

В 1656 г. Людовик XIV подтвердил патентом данные Генрихом II права бордоским евреям, и это подтверждение было зарегистрировано парламентом 25 мая 1658 г. Через несколько лет, в связи с подавлением восстания в Б., евреям пришлось много страдать от буйства солдат; администрация писала в Париж, что "португальцы, населяющие целые улицы, покидают город... пустуют 1500 домов, торговля падает". Солдаты были удалены из города, и большинство евреев вернулось обратно в Б.; некоторые, однако, окончательно эмигрировали в Голландию. Когда началась война с последней, евреев заподозрили в измене, и декретом 20 ноября 1684 г. 20 семейств были изгнаны из Б. Однако 11 января 1686 года декрет этот был уничтожен, и изгнанные получили возможность вернуться в город. — Ведя обширную торговлю, евреи Б. платили большие налоги, как в пользу государства, так и городу; при Людовике ΧΙV поступали от бордоских евреев частые жалобы на чрезмерное обложение, оставлявшиеся, впрочем, без внимания. В 1700 г. "нация" (так стали в конце 17 в. называть португальских и испанских евреев) была обложена на сумму 20 тыс. ливров. Помимо обязательных платежей, евреи облагали себя добровольно в пользу бедных. В конце 17 в. еврейское население Б. возросло новыми изгнанниками из Испании; многие из них прославились в 18 в., внеся перемену в положение бордоских евреев: если раньше они должны были тщательно скрывать свою религию и строго исполнять все требования католической веры, то с 1706 г. им было разрешено молиться на еврейском языке с соблюдением надлежащих обрядов и заключать браки вне католических церквей; вскоре они были освобождены от обязательного крещения детей, стали праздновать свои праздники, совершать обряд обрезания и т. д. В 1728 г. они приобрели особый участок земли (Saint-Jean) для кладбища; вскоре у них была уже и синагога. Правительство явно сочувствовало переходу новохристианской общины в еврейскую, думая этим путем наложить на евреев новые налоги. 22 мая 1718 г. генеральный контролер Леблан потребовал от бордоского субинтенданта тайных сведений ο положении евреев; из представленного отчета видно, что в 1718 г. в Б. было 100 еврейских семейств, насчитывавших почти 500 членов; 70 семейств обладали значительными средствами, вели обширную торговлю и оказывали благодеяния городу. 21 февраля 1722 г. Леблан отдал приказание конфисковать недвижимое имущество евреев, но эта мера встретила протест со стороны министра полиции, и бордоский субинтендант должен был предварительно представить полный отчет ο деятельности евреев Б. Отчет оказался благоприятным для евреев; в нем указывалось, что евреи в 1709, 1710 и 1712 гг. дали городу взаймы большую сумму денег, отказываясь от процентов; во время кризиса 1715 г. они одни не объявили себя банкротами и поддержали кредит Б. и т. д. Принимая это во внимание, Людовик ΧV в июне 1723 г., подтвердив данные новым христианам грамоты, уничтожил распоряжение 1722 г., заставив, однако, евреев уплатить за это 100 тыс. ливров. К тому времени в Б. поселилось много авиньонских и немецких евреев. Из представленного в 1734 г. отчета видно, что еврейских семейств тогда было в Б. 350, насчитывавших от 2 до 3 тыс. членов; евреи обладали 7 синагогами, где молились совершенно открыто, имели двух раввинов — Иосифа Фалькона и Атиаса, — по субботам закрывали лавки, совершали над мальчиками обряд обрезания, приобрели особое кладбище; авиньонцы и немцы чаще всего были бедны и торговали старым платьем, португальцы, наоборот, были очень богаты и вели обширную торговлю. Последние пользовались, наравне с прочими жителями города, всеми правами; первые же не имели никаких грамот, платили подушную... при восшествии на престол короля внесли 4 тыс. ливров и могли быть изгнаны; хотя некоторые из них успели зарекомендовать себя с лучшей стороны, однако, ввиду их бедности и конкуренции с христианским населением, казалось полезнее изгнать их из города. Согласно этому, появился 21 января 1734 г. указ об оставлении Б. и других местностей Гиени авиньонскими и немецкими евреями; для ликвидации дел им сначала было дано 3 дня, потом месяц, но из жалобы торговцев сукном в ноябре 1734 г. видно, что авиньонцы продолжали оставаться в Б. Генеральный контролер особыми циркулярами в 1739, 1740 и 1749 гг. напомнил ο декрете 21 января 1734 г., и авиньонцы вынуждены были покинуть Б. Однако благодаря заступничеству влиятельных лиц многие вернулись обратно, хотя им и было запрещено заниматься некоторыми видами торговли и промышленности. Из переписи 1752 г. ясно, что португальских евреев было тогда 1598 чел. (327 семейств), а авиньонских 348 (81 семейство), из которых лишь три семейства имели право постоянного пребывания в Б., остальные были лишь терпимы. В середине 18 в. отношения между португальскими и авиньонскими евреями приняли крайне резкий характер; причины вражды были разнообразны: с одной стороны, полноправные евреи, опасаясь, как бы непомерное увеличение авиньонцев, причислявших себя к членам "нации", не создало общей атмосферы произвола и гнета и не лишило бы их самих с таким трудом добытых прав, всячески противились их притоку; с другой стороны, они, путем личных хлопот в Париже медленно приобретая права гражданства, образовали как бы отдельную от португальцев общину. Эта внутренняя вражда осложнялась еще мотивами религиозного и экономического характера; авиньонцы не доверяли португальцам и требовали устройства особой бойни, лавок и т. д.; а когда метцский раввин Эйбешюц в 1751 г. запретил евреям пить бордоское вино, даже при наличности наклейки "кошер" от португальского раввина, пострадавшая община (раввин Б. получал с каждой бочки вина, вывозимой в Германию для еврейского потребления, 4 ливра в пользу бедных) повела ожесточенную агитацию против авиньонцев, из которых некоторые уже успели сделаться опасными конкурентами ее в торговле и промышленности. В 1760 году на собрании португальцев был выработан особый регламент, 10-й пункт которого гласил: "Так как за последние годы в Б. поселилось значительное количество бродяг, людей без всякого звания, неудовлетворительного поведения, притом считающих себя принадлежащими к "нации", то собрание постановляет подробно ознакомиться с положением каждого из них и затем большинством не менее 3/4 голосов решить, кто из них в течение трех дней должен оставить город". В следующем пункте говорилось, что вновь прибывающие в город будут получать извещение от синдика, что им можно проживать в нем лишь три дня, а на дорогу им будет выдаваться по три ливра. 14 декабря 1760 г. король утвердил регламент, и 152 человека были изгнаны из Б. Сами евреи следили за точным соблюдением регламента и не допускали никаких послаблений, будучи суровее даже самих властей. Однако отдельные авиньонцы, приобретая все права, продолжали селиться в Б. Со вступлением на престол Людовика ХVI евреи стали добиваться: во-первых, повсеместного права жительства во Франции и, во-вторых, формального признания еврейской религии. Помимо этих двух основных положений, они домогались также официального деления евреев на две группы (бордоских и немецких), различно организованные и с разными правами. Июньский декрет 1774 г., изданный благодаря хлопотам агента бордоских евреев в Париже, Якова Родрига Перейры, удовлетворил первое требование евреев: им было разрешено жить и вести торговлю во всей стране. В то же время много евреев Б. было возведено в дворянское достоинство, получив право приобретать сеньоральную землю. С возобновлением в 1787 г. действия Нантского эдикта евреям была дарована и формально религиозная свобода, которой они фактически пользовались с самого начала 18 в. Просьба же делегатов ο сохранении за бордосцами особой от других евреев организации была встречена министром Мальзербом несочувственно; однако хлопоты их ο том, чтобы еврейские законы ο разводе и наследстве, отличные от французских, были признаны правительством, не встретили никаких препятствий со стороны Мальзебра.

Новейшая история Б. — Во время выборов 1789 года в Генеральные штаты Давид Градис был избран выборщиком (их было всего 90) от третьего сословия Б.; его кандидатура была выставлена и в Генеральные штаты, и недоставало лишь нескольких голосов, чтобы еврей был одним из 4 депутатов от третьего сословия Б. Кроме того, евреи Б. избрали четырех представителей (Д. Градиса, Фуртадо, Лопес-Дюбека и Азеведо) для защиты своих прав в штатах. Когда Учредительное собрание постановило 24 декабря 1789 года отложить рассмотрение вопроса ο политических правах евреев, бордосцы отправили в Париж депутацию из 7 человек, которая, вступив в переговоры с бордоским архиепископом Сисе и другими представителями Б., обратилась в Собрание с адресом, в котором доказывалось, что бордоские евреи со времени грамоты 1550 года являются полноправными гражданами и что их не следует смешивать с эльзасскими и лотарингскими евреями, требований которых они в точности не знают, но, судя по публичным заявлениям, заключают, что они "достаточно странны", так как эти евреи желают жить во Франции под особым режимом. Завязалась горячая полемика между бордоскими евреями и немецкими; в результате Учредительное Собрание 28 янв. 1790 г. подтвердило дарованные предшествовавшими французскими монархами португальским, испанским и авиньонским евреям права и предоставило им права активных граждан. Весть об эмансипации одной категории евреев вызвала в Б. антиеврейскую демонстрацию: кучка молодежи в театре, бирже и других общественных местах встречала евреев криком: долой! Демонстрации, однако, быстро был положен конец. Во время муниципальных выборов 1790 г. (по новому закону) Фуртадо и Лопес-Дюбек были избраны членами бордоского муниципалитета, и с того времени евреи часто заседали в муниципалитете Б. Известие ο взятии Тюильри и свержении Бурбонской династии побудило раввина Атиаса объявить от имени евреев Б., что их принципы свободы, равенства и братства могут служить новому правительству залогом преданности евреев республике; в огромном большинстве случаев евреи примыкали к жирондистам, и в дни террора некоторым из них пришлось даже пострадать за свою умеренность; так, Самуил Астрюк был оштрафован в пользу санкюлотов на 30 тыс. ливров за то, что "выказал недостойную доброго француза боязнь перед ассигнациями"; Аарон Лопес, индифферентизм которого к республике побудил трибунал отнести его к категории "эгоистов и умеренных", должен был уплатить штраф в 50 тыс. ливров; Перпиньян, обвиненный в оказании помощи вероломным священникам, мечтавшим ο монархии, был присужден к 50 тыс. ливров штрафа и к заключению в тюрьму до окончания войны; Пейксотто было предъявлено обвинение в том, что он — аристократ, претендует на левитское происхождение, низко (platement) преклонялся перед королями, воздвигал им памятники и ненавидел рабочих; на суде, однако, было доказано, что Пейксотто скупал национальную землю, брал ассигнации и помогал республике; ввиду этого он, "который все-таки не может быть искренним другом свободы", был "братски" присужден к уплате миллиона ливров в пользу республики и 200000 ливров на нужды бордоских санкюлотов. Один лишь Жан Мендес, заявивший на суде, что его религиозные принципы противоречат конституции, был гильотинирован; изгнан был Авраам Фуртадо, личный друг вожаков Жиронды. Евреи Б. участвовали и в "празднестве Разума"; в торжественной процессии за "богиней" шел исполинского роста еврей, облаченный в одежду "бессмысленных предрассудков и невежественного фанатизма". Однако эти крайности вызывались лишь требованиями времени, и как только, после 9 Термидора, восторжествовала умеренная реакция, евреи быстро примкнули к ней, так что лишь один из них был отмечен муниципалитетом, как опасный робеспьерист. Накануне созыва Синедриона префект департ. Жиронды и председатель еврейского благотворительного общества, Лопес-Дюбек, представили министру записку ο положении евреев в Б.: их было 2131, из коих испанских и португальских было 1651, авиньонских 144 и немецких 336; первая группа, очень богатая, часто приходила на помощь и христианскому населению; многие занимали общественные должности; так, Лопес-Дюбеки (сын и отец) — судьи, Фуртадо — писатель и член муниципалитета Б. и т. д.; среди всех групп евреев много банкиров, торговцев, но мало рабочих; ростовщиков нет; еврейские дети учатся в общих школах, некоторые обучаются на дому еврейскому языку; все в точности подчиняются законам, охотно поступают на военную службу; у них 9 синагог, все в частных домах; есть раввин, занимающийся лишь теологическими вопросами; нищих нет, так как благотворительные учреждения поставлены очень хорошо. По указанию префекта Авраам Фуртадо и Исаак Родриг были приглашены в Париж в качестве представителей департамента на собрание еврейских нотаблей и в Синедрион, где играли очень заметную роль.

Антиеврейские мероприятия Наполеона I не коснулись бордоских евреев, деятельность которых была признана императором полезной для государства; декретом 11 декабря 1808 года Б. был назначен главным городом консисториального округа, обнимавшего 10 департаментов (Жиронда Ланд, Нижние Пиренеи, Верхняя Гаронна, Нижняя Шаранта, Пюи-де-Дом, Верхняя Вьена, Шаранта, Од и Дордонь) с еврейским населением в 3713 человек. Бордоская консистория имела 25 нотаблей, которые 5 марта 1809 года избрали первым своим главным раввином Авраама Фуртадо, а 28 февраля 1810 года получила официальное разрешение построить синагогу (освящена в 1812 г., снесена в 1872 г.; новая синагога была построена в 1882 году). При падении империи в 1814 году Фуртадо был назначен членом временного муниципалитета Б., а потом помощником мэра. После Июльской революции, два еврея заседали в бордоском муниципалитете. Во время Второй республики от Б. в парламент был избран Камилл Лопес-Дюбек; во время Второй империи крупную финансовую и политическую роль играли братья Перейра. В 1871 г. в Национальное собрание был избран Адриен Леон, а в министерстве Гамбетты в 1881 г. портфель министра общественных работ принадлежал Давиду Рейналю. Бордоские евреи дали и дают целый ряд судебных чиновников, офицеров и профессоров, из которых наиболее известны Ансельм Леон, Вальц и Безансон. Ныне (1909) в Б. считается 2300 евреев; grand-rabbin'oм состоит Исаак Леви; пауперизма среди евреев не наблюдается, но и нет тех колоссальных богатств, коими славились бордоские евреи 17 и 18 вв. — Из благотворительных учреждений отметим: общество Гемилут-хасадим, Société de bienfaisance, Société des dames de l'humanité и Société des dames de largesse. В 1867 г. была построена новая еврейская школа для мальчиков на средства государства, общины и департамента; училище существует и ныне (1909). Отношение населения к евреям хорошее; антисемитизма в Бордо почти нет; в парламент избираются республиканцы, противники антисемитов. В разгар дела Дрейфуса одним из сенаторов департамента был известный борец за пересмотр дела, основатель Лиги для защиты прав человека и гражданина, бывший министр юстиции Габриель Трарье. — Ср.: Malvezin, Histoire des juifs à Bordeaux, 1875; Jew. Enc., III, 317—320; Drouyn, Bordeaux vers 1450 (богат. архивн. материал) 1874; Girot, Recherches sur les juifs de Bordeaux, в Annales de la faculté des lettres à B., XXX, т. 10; Detcheverry, Histoire des Israélites de Bordeaux (много архивных данных), 1850; Beugnot, Histoire des juifs d'Occident, 1824; Michel, Histoire du commerce à Bordeaux, 1867—70; Beaufleury, L'établissement des juifs à Bordeaux; Lucien-Brun, La condition des juifs en France, 1900; Baurein, Variétés bordelaises; Gaullieur, Histoire du college de Guyenne; Cardozo de Bethencourt, Le trésor des juifs sephardim; Грец, "История евреев", IX и XI; Gross, Gallia judaica, III; Monatschr. für Geschichte des Jud., ХХIV, 448 и сл.; Rev. et. juives, XI, 78; XX, 287; XXV, 97 и 235.

С. Лозинский.

Раздел6.




   





Rambler's Top100